billey_bones: (Default)
 

 Последний переход.

 

27.09 2008. утро, время не помню.

Что за сволочь дудит там, в кокпите?! Да еще в такую рань?! Какая, трам–тарарам, нашла туманный горн и теперь развлекается? Повбиваю гада!

Тяжелое утро нового дня обрушилось на мой бедный череп этими чудовищно громкими звуками. Эх! Поспать теперь не удастся, надо вставать, ополаскивать опухшую рожу и пытаться раскрыть глазенки пошире.  Мне это удалось с третьего раза, бо вьетнамский синдром узких глаз нуждается в лечении.

Баночка холодного пива с утра – это проявление гуманизма к самому себе. И вот я  уже за штурманским столом настойчиво пытаюсь связаться с Олли на предмет возвращения наших паспортов. Пожеванная команда лениво готовит лодку к последнему, самому сложному, переходу. На камбузе Катька отчаянно шипит яичницей, и вкусные запахи заставляют судорожно сжиматься мой желудок. Состояние «после вчерашнего…» постепенно уходит, мысли в моей голове  проясняются, и мир снова обретает краски.

В 10:30 нам привозят наши документы. К 11:00 лодка готова к походу. Воду и топливо мы залили еще вчера, и нас больше ничего не удерживает на этом гостеприимном острове. Я, мысленно перекрестившись, командую поднять якорь, и, наконец, в 11:09 наша красавица выходит в море.

Яркое солнышко, голубое небо, веселые блики на воде – настроение идет вверх, экипаж довольно улыбается, и в наших душах зарождается робкая надежда – а вдруг на этот раз нам повезет? Вдруг на этом переходе с погодой все будет хорошо, и эти четверо суток мы будем кайфовать, наслаждаясь приятным парусным путешествием, проводя время в неспешных, расслабленных беседах?

 - Ага, щаз! Разбежались об забор! Мы успели пройти только полторы мили и даже еще не легли на расчетный курс, когда 42-х узловой шквал с сильнейшим ливнем накрыл нас, словно тем самым медным тазом. Откуда ж только взялась эта радость?!!! Да еще строго в морду? Небо ж совсем чистое было? Какое там… Вокруг свистит и плещет, видимость меньше кабельтова, и летящие почти горизонтально с сорокаузловой скоростью увесистые дождевые капли лупят по глазам (а это, б…ть, больно!) так, что просто смотреть по курсу – весьма не простая задача. В кокпите суета: милые дамы с писком ссыпаются  в кают-компанию, мужики честно борются за жизнь – рифят грот и скручивают геную.  Вот вам и расслабились, тля,  и покайфовали с неспешными беседами.

 

 Честно говоря, дописал я до этой строчки и шибко задумался –  как, и главное, о чем писать дальше? Описывать простую цепочку событий не столь интересно, сколь утомительно, длинный переход – он и в Африке переход, все по расписанию – еда, вахта, сон, больше похожий на обморок. Те записи, которые я сделал там, весьма отрывочны, но довольно точно передают то, что мы тогда делали и как себя чувствовали. Поэтому я буду просто перепечатывать свой блокнот в хронологическом порядке, сопровождая это дело комментариями (что вспомню). За лексику заранее прошу прощения, но из песни слова не выкинуть.

 

20:50 поворот оверштаг К.Курс 220 скорость 4.8 узла.

 

28.09 2009 05:00 Про п…ц.

     Они бывают шибко разные, и приходят всегда неожиданно.

 К нам эта штука пришла с рассветом, типа рассказать, что солнце встало.

Выглядело так: резко начавшийся ливень, видимость 50 метров, волны еще нет, ветер зашел строго на запад и постепенно, минут за 15, усилился до 40 узлов. Еще через 5 минут виндекс показывал уже 45. (Угадайте, кто стоял на вахте? … Правильно!)  Скорость продвижения по генеральному курсу временами падает до нуля. Часам к шести утра разогнало волну до 2,5 метров,  к семи стали подходить отдельные экземпляры в 3 метра, к 7:30 – уже 3.5 метровые. Мотает, как на американских горках.

Продолжается эта свистопляска до 8:20, и  когда Серега с Павлегом выходят на вахту, имеем ровный западный ветер в 24 – 25 узлов, ливень закончился, проглянуло солнце.

9:40 (N08 14 680; E105 17 912) заглушили дизель, поставили геную. Идем парусами, курс 320, скорость 4.5 – 5 узлов.

 

Сцуко!!! Ну почему, как только я и Леня выходим на вахту, так сразу жопа, а?! Встали в 12:00, а через 15 минут опять восемь баллов в харю и с ливнем на все время, пока мы наверху! А через полчаса после того, как мы сменились, дождь кончился и ветер поутих? Это что, карма у нас такая?!

17:55 (N08 20 809; E104 50 815) курс 280 скорость 5,2 узла.

Обходим маяк Hon Khoai. Сотовой связи нет.

 

Ночной шторм. Мы уже вышли из тех мест, в которых вьетнамские рыбаки натыканы, как фонари на Бродвее, и с наступлением ночи нас окружает полная тьма. Ни звезд, ни луны не видно, небо полностью затянуто низкой облачностью. Штормит, баллов этак около семи. Стоим на вахте с Леней, пялимся в ночь. И вот привыкшие к темноте глаза начинают различать свечение морской воды – сначала яркие зеленые всполохи пены от разбивающейся о борт волны и наш кильватерный след, закрученный лихой спиралью. А потом, когда я посмотрел на горизонт, то увидел ровные, светящиеся жутковато-зеленым линейки не пойми чего, стройными рядами надвигающиеся на нас из чернильной пустоты. Аж мурашки по коже. Нежить цепями в атаку идет! Упыри окружают! Потом полегчало, так как я понял, что это пенные гребни катящихся к нам волн светятся. И впал в прострацию – так это было красиво, когда не страшно.

Мы вошли в Сиамский залив.

 

29.09 2008. 05:38 Что такое жопа и как в нее залазят.

В 04:00 заступили на вахту. Ветер западный, до 24 узлов. Скорость 5,7 – 6,0 узлов. Курс 320.

Вокруг нас гроза. Молнии хреначат со всех сторон, но у нас пока сухо. Идем дизель плюс грот. В 05:50 ветер зашел на север и опять свистит в рожу.

Господи, Ты что, издеваешься?! Хоть сутки нормального ветра у нас будут? Ну почему, когда на первом переходе мы шли почти строго на юг, нам дуло вмордувинд, на втором, при курсе на юго-запад, тоже вмордувинд, и теперь, когда мы идем на СЕВЕРО-ЗАПАД нам опять дует в МОРДУ!!!

 Когда во время дождя лодку накрывает волной, морская вода прокатывается по палубе, промакивает меня до подмышек и кажется почти горячей.

16:00. Дождь за нашу вахту шел трижды. Низкая облачность почти физически давит на наши головы. Ветер север, северо-запад 14 - 16 узлов, курс 318, скорость 3,9 – 4,4 узла.

17:00 Проблемы с дизелем. Обороты скачут произвольно от 1500 до 2400. Без включения хода движок работает нормально. Похоже, мы что-то мотанули на винт. Пробую освободить винт переключениями с прямого хода на реверс. Не помогает.  Ложиться в дрейф и нырять нет смысла, до темноты не успеем, а на такой волне это еще и весьма опасно. До базы 175 миль, ветер северо-запад, до 20 узлов,  волна 1,5 – 2 метра. Курс 308, скорость 3,5 узла

Ждем пока дизель нае…ца окончательно.

 

30.09 2008

Утро началось как обычно, т.е. со шторма, правда, на этот раз довольно легенького, естественно, на нашей с Леней вахте. Фигня, не привыкать уже. Ветерок в 30 – 32 узла, сильный ливень. Шторм прошел часам к 7 утра, и ему на смену пришел ровный 17-ти узловый ветер с запада. Какой кайф! Раскрутили геную и понеслись… Курс 340, скорость 8.5 узлов. Мы на финишной прямой. До Ко Чанга 80 миль.

Дикий вопль Павлега – «Влево, б..ть!» Машинально отруливаю и оху..ми глазами провожаю торчащую из воды ржавую полуторадюймовую водопроводную трубу. Хренассе!

Лафа длилась недолго. К 14:00 ветер опять зашел на север, опять в харю, и опять приволок низкую облачность с дождями и грозами. Ну сколько ж можно, б...ть!

15:15 курс 353, скорость 4,0 узла. Движку пришел п…ц. Выше 1700 оборотов не дает. На траверзе Камбоджа, и нас туда потихоньку отжимает. И тут пришла нам с Серегой в головы дивная мысль: - «А не проверить ли топливную систему?»

 

Здесь, те из моих читателей, кто понимает в этом деле, по идее, должны воскликнуть: - « И чего эти мудаки  не сделали этого раньше!»  Ну, не сделали, но ведь лучше поздно, чем никому, верно?

 

Идея себя оправдала просто блестяще: извлеченный Серегой топливный фильтр, больше всего напоминал кусок хорошо  пожвамканного пластилина. После его замены мы долили масла в двигло и запустились. Заработало как часики!

17:00 Легли на курс 345, скорость 5,7 узлов. Ветер 0!

Пока мы с Серегой возились с движком, команда успела насосаться пивом в хлам. Особенно милые дамы. Близость финиша расслабляет и убивает разум. Загнал всех пианых в трюм.

18:30 Тля! Ну, сколько можно трясти нас за шкирку! У нас накрылся авторулевой. Помер, сука, автандил, нехорошей смертью. Рулим ручками, уже не расслабляясь. До Ко Чанга 47 миль.

 

01.10.2008

03:00. Серега поднимает нас с Леней в кокпит. На входе в западную бухту о. Ко Чанг много камней, и нужна одновременная работа в штурманке и на руле.

04:15 Вошли в бухту, встали на якорь.

ВСЕ! ДОШЛИ!

Помнится, мы тогда достали последнюю бутылку виски, хотели отметить окончание этого непростого перехода, но все настолько устали, что веселого праздника как-то не получилось. Просто сидели, выпивали понемногу и в основном молчали, редко перебрасываясь ленивыми фразами.

billey_bones: (Default)

 

Сижу это я, такой весь расслабленный, в кокпите, ром потягиваю. А что? Заслужил же! Лодку привел вовремя и без происшествий, экипаж цел, прочно стоим на якоре в защищенной бухте. Лепота! Сижу, наслаждаюсь хорошей погодой и вкусным ромом и не замечаю все чаще бросаемых на меня косых взглядов со стороны команды. В упор не вижу.  Чего хотят эти странные люди? Все ж хорошо вроде… Солнышко греет, ветерок приятственный, рому - хоть залейся, берег - вона какой красивый…

БЕРЕГ!!!

 – Вот оно, то ключевое слово, которое поразило мой расслабленный моск. Сразу стали понятны и косые взгляды, и недовольство с бурчанием. Е–мае! Как я мог забыть! Люди уже больше пяти суток не чуяли под ногами твердую землю, а я тут пьянствую с довольной рожей!

   

Веселое тарахтенье моторчика динги вывело меня из самоуничижительного транса. К нам подруливали наши сансейловцы во главе с Олли. «Хелло» -  кричат. И к нам на лодку – прыг! Видок у них был, хоть и веселый, но слегка помятый, а легкий выхлоп не оставлял сомнений, что и им переход дался нелегко. «Ха, парни! Вам, наверное, хочется на берег!» - блеснул сверхдогадливостью Оливер, - «Ща мы это организуем! Давайте сюда ваши паспорта». Вот чтоб тебе, гад, не подкатиться на полчаса раньше! Я б вааще не дергался, и матросня бы на меня косо не смотрела! В сердцах я плюнул за борт и, кряхтя, полез вниз за хранящимися в штурманке паспортами.

Пока я лазил, эти бравые ребята вместе с моей не менее бравой командой долакали случайно забытые на столике в кокпите остатки вискарика. И когда я вылез и отдал ксивы, то успел только мигнуть вслед последнему стаканчику. Немного погрустив, я, наконец,  скомандовал зычным голосом: «Шлюпку на воду!»

 

Вмиг! Просто моментально команда была выполнена! В шесть секунд установили моторчик и застыли, глядючи в мою сторону ждущими глазами.

 - Э-э-э… Олли, а можем ли мы высаживаться на берег прямо сейчас, или нам надо ждать отмашки? - на своем «великолепном» английском осторожненько поинтересовался я.

- Да, пожалуйста!  - ответ потомка Мак Лаудов и Мак Кряков поняла вся команда без всякого перевода.

- По коням! - оставалось скомандовать мне.

Измученные многочасовой голодовкой люди ринулись в шлюпку. Наверное, воображение рисовало им роскошные рестораны и ждущие их накрытые столы под пальмовыми тентами, ломящиеся от вьетнамских деликатесов. Во время драки за места на динги никто не пострадал. Посовещавшись, мы решили, что на берег пойдут все, а яхту просто запрем на замок. Сказано – сделано! В два приема команда оказалась на берегу и разбежалась в поисках лучшего ресторана острова, достойного нас.  Хех! Ресторан нашелся очень быстро, так как находился прямо напротив места высадки, на набережной. И он действительно был лучшим на всем острове – поскольку был единственным. И только поэтому! Боже! Как давно я не видел такого совка! Чесслово, будто в  Жмеринку эпохи застоя попали. В привокзальное кафе. Ни бельмеса не рубящий ни на одном языке, кроме родного, хозяин (или заведующий?) этого заведения на наши призывы про пожрать приволок всем желающим пива и рис со свининой – единственное блюдо, подающееся в этом «ресторане». Справедливости ради надо сказать, что пиво было холодным, а еда вкусной. Но засиживаться в этом кабаке хотелось, прямо скажем, не очень, ибо изысканного пиршества нам явно не обещали.

    

А посему, натырив напрокат в том же кабаке разнообразных двухколесных моточудовищ, раскатилась наша команда по разным направлениям знакомиться с островом и в поисках сухопутных приключений на свои веселые задницы.

 Остров очень красив. Скалистый, заросший буйной тропической зеленью, он немного похож на древнего восточного дракона, свернувшегося кренделем и уснувшего среди беспокойных голубых волн Южнокитайского моря.  О чем он думает сейчас, какие сны видит, чувствует ли суетящихся на его зеленой шкуре людей, замечает ли тучи рыбацких шхун, присосавшихся к его брюху? Кто знает?

  

Накатавшись вдосталь, народ потихоньку возвращался к точке старта, где ранее прибывшие в ожидании припозднившихся потягивали пивко. Наконец, собрались почти все, кроме Лени, и, поскольку дело было уже к вечеру, потихоньку перебрались на яхту, где и продолжили слегка квасить. А Ленчик, у которого эта мототарахтелка сломалась где-то посреди дороги, ее там и бросил, так что добираться до лодки  ему пришлось подручными средствами: где пешком, а где - на попутном тракторе.

 

Потихоньку начинало темнеть. Команда занималась своими делами – кто пивко потягивал, кто постирушку затеял. Мы с Серегой спустили геную и занимались починкой порванного накануне паруса, когда едва слышно захрипело радио:

- Томпа, Томпа, Томпа! Это Малила! А вы где? -  Это третья лодка нашей эскадры, заблудший катамаран, вызывал на связь. И голос вызывавшего был уставшим от тщетных усилий.

- Это Томпа. Туточки мы! – ответил я, как только добрался до передатчика.

- Оба-на! Ура! Они отвечают! А мы тоже скоро будем! – донеслось радостное.

- Ну, помогай вам Бог! Заждались вас уже.

Поболтав еще некоторое время, я выяснил, что они примерно в пятнадцати милях от острова, и очень хотят встать рядышком с нами, для чего на подходе они будут мигать и махать всеми светящимися предметами, кричать по радио, а мы их будем должны навести на место. Гы-ы… Кричать, махать и мигать мои орлы еще были в состоянии, а вот наводить… Ну, да ладно, как-нибудь наведем! Куда-нибудь…

Тем временем стемнело окончательно, на камбузе кто-то шуршал в попытках приготовить ужин, а остальные окончательно расслаблялись в кокпите. «Так–так!» - подумал я, но никаких дисциплинарных мер принимать не стал, лишь попросил налить мне стаканчик рома, что и было с энтузиазмом исполнено.

Тропическая ночь. На этот раз тихая и спокойная, без завывания злого ветра, без грохота волны бьющей в борт, без сумасшедшей качки. Но, сцуко с этими (...) рыбаками! Едва окончательно стемнело, половина стоящих рядом с нами рыбацких шхун врубила свои гребанные лампочки и занялась ловом чего-то там, прямо не сходя с места. Уроды! Такой медитативный кайф обломали! И самое главное – из-за этой чертовой иллюминации не видно ни хрена: ни входа в бухту, ни внешнего рейда.  Слепят капитально. Да и нас поди найди на фоне этих придурков, будем ли мы махать, мигать, да хоть дудеть. А с наведением по радио, как я уже говорил, намечались некоторые проблемы.

Ужин припозднился, что неудивительно, и в аккурат проглотив последнюю рисовую макаронину, я услышал, как опять заболботало радио. Наши друзья входили в бухту и шибко интересовались нашим местоположением. «Началось!» - подумал я.

Не в силах мое шкодливое перо описать процесс наведения «Малилы» на цель и их замысловатую траекторию. Мы честно давали указания по радио, махали фонарями, кажется, даже дудели в туманный горн и били в бубен. Серега за это время успел съездить на их поиски на морском такси (они в изобилии шныряли вокруг) и вернуться обратно ни с чем. Но они нас нашли! Катамаран вынырнул из темноты совсем с другой стороны, прямо противоположной той, в которую мы мигали, махали и дудели. Радости экипажей не было предела, и, как только они утвердились на якоре, к ним на борт пошлепали первые гости. Если учесть, что к тому же был канун еврейского нового года, то становиться понятно, почему пьянка быстро вспыхнула с новой силой и к двум часам пополуночи перешла в четвертое измерение.  Смутные, обрывочные, нечеткие картинки всплывают в моем воспаленном мозгу. Вот мы с доктором Дашей едем на катамаран кого-то лечить, и пока Даша занята пациентом, я сижу в кокпите, и мне наливают. Вот Павлег вплавь тараканит на себе ящик пива, который он сменял на джин на катамаране. А вот пианый в сисю Олли пролетает мимо нас на динги, размахивая бутылкой виски, и зовет нас продолжить праздник…

Занавес….

billey_bones: (Default)

Муйня и дальше.., до Кон-дао. Первые потери. 




На берег мы так и не попали. Там, во Вьетнаме, вообще с этим сложно. Страна находится в окружении врагов, и пограничные формальности нифига формальностями не являются. Тоись, если вы хотите сойти на берег, сначала капитан должен отволочь паспорта всех членов экипажа на погранзаставу, где туда тиснут штампики, и только потом будет разрешен сход на берег. Мы пришли слишком поздно, и нам эти штампики могли поставить только на следующий день. Бессмысленная затея, так как выходить в море собирались не позже 12:00.  Время, потраченное на получение разрешения на сход, фактически равнялось времени нашего там пребывания.

Экипаж с тоской в глазах смотрел на такой близкий, но, увы, недоступный берег. Если кто не знает, то стоящую на якоре лодку качает на волне гораздо сильнее, нежели идущую, а особенно идущую под парусами. Так что поводов для уныния было много. И берег, прочный, твердый, как говорится - вот он, а мотыляет, как говорится, не по-деццки, и пиво успело нагреться, пока холодильник был выключен.

Там же мы понесли первые потери. Сошел на берег приблудный американец Кевин. Потом Элина слегка меня огорошила, сказав, что с нее уже хватит этой парусной романтики, что она очень, очень плохо себя чувствует и что она списывается на берег категорически.  Ну, ё-моё! Не было у дедушки забот… А крю-лист? А погранцы? Это ж заморочки на всю мою бедную голову! Пришлось связываться по радио с  нашими Сансейловскими друзьями, и просить помощи с оформлением разрешения на сход, так как вьетнамские визы у нас на тот момент были уже закрыты. И все равно, я получил свои несколько неприятных минут в разборках с пограничниками. Но это было уже в Тае.

Таким образом, нас осталось семеро. Началась подготовка к переходу на Кон Дао (острова Koh Son). Она заключалась в приготовлении и поедании вкусного завтрака и периодическом общении с местными, подплывающими на своих смешных тазиках. А, совсем забыл! Мы там еще днище почистили от всякой дряни,  на нем наросшей. Помимо всего прочего, радистка Кэт доложила мне о повреждениях, нанесенных лодке списавшимся на берег матросом. Оказалось, что во время вчерашней болтанки Элина  проломила своим телом переборку между носовыми каютами, и теперь их обитатели могут общаться, не выходя в кают-компанию. Да-а… Редкой силы пошли матросы, это ж суметь надо так приложиться!

Ну, да ладно. Повреждение хоть и тяжелое, но на безопасность не влияющее. После короткой связи с остальными лодками заводим дизель и поднимаем якорь. Вроде пошли.

Только не далеко. На первом же кабельтове я сначала почуял вонь дизельного выхлопа, а затем и увидел клубы сизого дыма за кормой. Етишкин пистолет! Перегнулся через релинг, посмотрел - а у меня из выхлопного патрубка только дым и валит. Чистый, без воды. Понятненько. Первый контур охлаждения – йок. Не работает, сцуко.

 Даю радио на Сансейловскую лодку: - «I have problem with engine, please, help me»

Сами тем временем возвращаемся на место стоянки, бросаем якорь, глушим движок. И начинается первый тур борьбы с охлаждающей системой. Пока ждали сансейловского инженера, мы с Серегой открыли мотор и в основном разобрались с возможными причинами. Их могло быть две: забился всасывающий фитинг, или гавкнула помпа.

Прибыл к нам Оливер – Сансейловский инструктор, яхтмастер, выпивоха и просто прикольный перец. Для начала он предложил искупаться Сереге – попробовать прочистить фитинг. Старпом очень этому удивился и, сказав, что он сегодня уже умывался, отказался от заманчивого предложения. Пришлось Олли самому перемерять все наши водолазные маски и принимать водные процедуры. Завожу движок – вроде все в норме. Поехали, но опять недолго. На этот раз красная лампа перегрева двигателя загорается уже через пять минут. Хреново, конечно, но делать нечего, опять встаю на якорь, даю радио.

На это раз мы с Олли разобрали почти всю систему первого контура, поменяли слегка порванную крыльчатку помпы и патрубок. Завожу. Работает! Нет! Блин! Опять!!!! А-А-А-А!!!! ТРАМ – ТАРАРАМ!!!!

Все по той же схеме: якорь, радио, Олли с озадаченной мордой. Чесали репы еще минут 15. Затем наш инструктор-яхтмастер попросил отвертку подлиннее, взял понравившуюся ему ныряльную маску и надолго погрузился в морскую пучину. Я уже беспокоится начал за этого потомка Ихтиандра, когда он, наконец, вынырнул и, отдуваясь, заявил почтенной публике, что на этот раз все точно окей. Как оказалось, наш фитинг просто сильно зарос ракушками, и, поковыряв там слегка в первый раз, Олли заковырял его окончательно. Сейчас же ему удалось пробить эту пробку.

Не соврал, шотландский друг! И вот мы, наконец, весело плюя из выхлопушки морской водицей второй свежести, несёмся на всех парах ко второму промежуточному финишу нашего непростого вояжа - островам Кон Сон (Kon Son). Время - два пополудни. До темноты еще около четырех часов. Расстояние до Кон Дао,  нужного нам острова, составляет примерно 160 миль.

Ветер гуляет от 20 до 30 узлов, направление – юг - юго запад, то есть четко в рожу, но к этому все привыкли. Волна до 2.5 метров. Родео, туды его в качель. Мне все активнее не нравится горизонт. Погода явно дает знать, что скучно нам не будет. Пришедший с темнотой шторм с грозой, шквалистым ветром в 40 узлов и волной до 3.5 метров не был неожиданным, и, в общем, лишь подтвердил мои опасения.

Экипаж уже прикачался и держится вполне бодро. Из кают-компании путем опускания стола эти орлы и орлицы сделали лежбище скотиков и валяются там в свое удовольствие.  В 20:00 мы с Леней сменяемся с вахты и, сделав по стописятграммовому глотку рома, идем дрыхнуть. В кокпите и за штурвалом остаются Серега с Павлегом.

00:00. Меня зверски будят и любезно сообщают, что настала моя очередь мокнуть наверху. Не люди, а просто звери какие-то. Скотики. Со стонами влезаю во влажные еще шмотки, тащусь в кокпит, по дороге гляжу на жи-пи-эсину и, прикинув пройденную и оставшуюся дистанции, понимаю,  что нам еще шлепать и шлепать.
         

Поднявшись в кокпит и оглядев мутным взором горизонт, встаю за штурвал. Всё как обычно: качает, дождь, рваный ветер, рыбаки, хочется горячего чаю и сожрать чего-нибудь. Небольшое добавление к пейзажу – на востоке в нескольких местах тучи подсвечены снизу ярко-оранжевым светом. Что за диво?! Несколько минут туплю, лишь потом вспоминаю о нефтедобывающих платформах. Судя по всему, это их факелы. Что ж, туда нам не надо. Где-то посередине вахты связались по радио с катамараном из нашей флотилии. К моему огромному удивлению, они остались далеко позади, хотя вышли раньше нас на 5 часов. Хренассе.
 

Рассвет, вахта, сон, бутер, вахта, сон… Весь день идет заведенным порядком. Пара восмибалльных штормчиков с ливнями, закат. Съехавшая с катушек жи-пи-эска. По ее данным мы идем со скоростью 14-16 узлов. После перезагрузки вроде очухалась. (Вы прослушали краткое описание нашего дня 25 сентября 2008 года). Вскоре после того, как солнышко (а было ли оно?) завалилось за горизонт, я услышал по радио на 16 канале русскую речь. Какой-то буксир собирался вставать к кому-то под левый борт. Глюки, решил я, всё, допрыгался. Но на всякий случай, осторожненько так, вызвал эти глюки по радио. И они ответили!

 

-- Ты хто? -  Говорят.

-- Я, типа, парусная яхта, иду из Муйни в Кон Дао!

-- Какая-какая яхта?! Браток, ты откель здесь взялся? Раскудрить тя в корму!!!

-- С Вьетнаму мы, в Тай идем, сами не местные, поможите свежим прогнозиком, а?

-- Ну, это тебе к диспетчеру на 13-ый канал надоть, туда стучись.

 

Стукнулся я к диспетчеру, на 13-ом, и достучался же! Там так же удивлялись поначалу, потом посожалели, что мы не в их районе, и, наконец, сообщили, что общий фон погоды – ветер 9-13 м/с, море 2,4 метра. И на том спасибо.

Ночь в целом прошла спокойно. В 7:40 мы вошли в бухту на Кон Дао, вызвали наших англичан по радио и около 8:00 бросили якорь рядом с ними. Тут же, как по заказу, выглянуло солнце, и уже через полчаса небо стало голубым, очистившись от облаков полностью, море успокоилось, и ничто не напоминало о штормах, пережитых нами на этом переходе. Как и не было их.

billey_bones: (Default)

Старт. 1-ый переход.

22.09.2008  13 :40

Я думаю, настало время познакомить вас с моим экипажем.

Итак,  на первый переход пошли:

1.      Я – шкипер.

2.      Сергей Ананьин – старпом

3.      Леня Крагинский – боцман.

4.      Павлег Вязьмин – зам. боцмана.

5.      Даша Кравцева – доктор.

6.      Катя Кронгауз – радистка, журналист.

7.      Диана Гройсман – матрос, кок.

8.      Элина Катцен – матрос.

9.      Кевин  Герман – приблудный американский фотограф.

Вроде все, никого не забыл.

После того, как все наши шмотки, вода и провиант оказались на борту, и под мудрым руководством старпома были распиханы по надлежащим углам, пришло, наконец, время поднимать якорь. Уже изрядно вымотанный погрузкой, экипаж веселеет на глазах: «Вот оно, Приключение! Оно начинается!» - пускает скупую слезу и машет платочками в сторону берега. Уже принесена жертва нашему покровителю, Св. Николаю, и мы, связавшись по радио с остальными двумя лодками, поднимаем якорь. Пошли. Громкое Прам-пам-пам-там…пара-рам, пам-пам, (Прощание славянки акапелла) несется над вьетнамскими прибрежными водами.

Огибаем остров, ложимся на курс. Ветер ЮЗ, около 14 узлов, волна метра полтора, но длинная, идти не мешает. Ставим паруса, и хотя дует почти в рожу, остренько так, идем почти 5 узлов. Настроение пока бодрое, народ радуется, веселится, периодически потягивает пивко. Даже салатик какой-то соорудили на радостях.

К 17 часам появились первые жертвы морской болезни. Жаль! Эх, какой был салатик! Красивый… Уже к 20:00 Ихтиандр был накормлен до отвала, причем в это дело внес свою долю каждый из экипажа, кроме меня и Кевина. Кевин бледнел, зеленел, но отдавать сожранное не желал. А меня не укачивает, и я жадный.

 Тем временем, мне перестает нравиться горизонт. Нет, чисто эстетически там как раз все было очень даже на уровне – закатившееся уже солнце окрашивало белые горы огромных кумулонимбусов на юге и юго-востоке в потрясающе красивые цвета. Но двигалась вся эта радость в нашу сторону, и я начал потихоньку принимать меры – задраивать люки, рифить паруса, приказал всем находящимся в кокпите влезть в спасики и напялить харнессы. Пока мы этим развлекались, окончательно стемнело. Признаюсь, мне было немного не по себе, когда этот огромный атмосферный фронт медленно, но верно наползал на нашу маленькую яхточку.

Но пока все не так страшно, ветер усилился только до 25 узлов, а волна до двух метров, но, зараза такая, она поменялась – теперь это короткая ветровая гадина,  которую надо отруливать.

Идем в две вахты, четыре через четыре. Первая вахта - я и Леня, вторую стоят Серега с Пашей. Тяжелоповато, но никуда не денешься, по-другому не получается.

Судя по состоянию экипажа, ужин нам сегодня не светит, что немного огорчает. Сооружаю чаёк с парой бутеров, и это все. Хреново. Людей вниз не согнать, их там убалтывает вусмерть, и половина экипажа пытается устроиться на ночлег прямо в кокпите, обмотавшись одеялами, не вылезая из спасов и обвязок. Наблюдаю за этим процессом с огромным любопытством, поскольку вижу такое впервые, и когда Диана с Элиной засыпают вдвоем (!) на левой банке, ловлю отпавшую челюсть. Вот это номер! И в цирк ходить не надо.

Идем потихоньку. Океан вокруг больше всего напоминает Лужники во время футбольного матча, из-за бесчисленного множества рыбачьих посудин, ярким светом подманивающих кальмара. Процентов 80 из них стоят на якорях, остальные шарятся вокруг попарно, тараканя между каждой такой сладкой парочкой трал длиной в  кабельтов. Эти наиболее опасны, поскольку никаких правил расхождения для них не существует,  радаров у них нет, а значит, нас они просто не видят. Стоящие на якорях  кораблики тоже требуют особого к себе внимания. Упаси вас Господь пытаться обходить их с носа! Якорные цепи в тех краях огромная редкость, и эти ребята используют вместо них толстые канаты, которые, соответственно  туго натягиваются почти параллельно поверхности моря, сначала над, а затем и под водой на очень не маленькой дистанции. Мы подошли к одному такому, чисто полюбопытствовать, и я едва успел увернуться, при резком маневре случайно уронив спящих в кокпите людей на палубу. Смешной такой получился колобок, - руки, ноги, спасики, обвязки, головы и задницы весело топырились в разные стороны, ярко освещенные светом фонарей слегка обомлевшего рыбака.
 

Рассветает в 5 часов, и поднимающееся где-то на востоке солнце большой радости нам не приносит. Земли не видать, все небо, насколько хватает глаз закрыто идущими параллельно тяжелыми, низкими облаками, под которыми хорошо видны висящие косые струи дождей.

К 11 часам становится понятно, что мы вылетели из графика. До Муи-Не осталось 40 миль, но в рожу свистит 25 узлов, плюс довольно ощутимое встречное течение, так что по ЖиПиэСке скорость по генеральному курсу - от 1,5 до 2 узлов. Это не радует. Паруса, а особенно генуя, старые и сильно растянутые, поэтому максимум, который удается вытянуть - это около 50 градусов к истинному ветру, да и то передняя шкаторина стакселя полощет, как трусы на бельевой веревке.

День прошел вполне разнообразно. Мы с мужиками рулили, а милые дамы лопали таблетки от укачивания, спали и кормили Ихтиандра. В промежутках между этими увлекательными занятиями, они успели сделать пожрать и нам: бутеры на завтрак, и даже сварили  вполне приличную еду на обедо-ужин. Где-то там еще лазил Кевин, почти безостановочно щелкая своим фотоаппаратом.

Ближе к вечеру погода начала ухудшаться еще больше. Прямо в лоб пришла гроза, ветер разогнался до 35 узлов, волна до 3 – 3,5 метров. Видимость во время грозы не превышала 150 метров, и я всерьез начал опасаться, что какого-нибудь рыбака мы можем заметить слишком поздно.

Но все хорошо, что хорошо заканчивается, и в  20 00 в полной темноте мы, после долгих переговоров по радио, махалова фонарями и просто воплей, бросили якорь в Муи-Не, рядом с пришедшими туда сильно раньше нас катамараном и второй яхтой нашей флотилии.  До берега около полумили.
 

Уф. Все, дотопали. Первый переход закончен.

billey_bones: (Default)

Вьетнам. Ня Чанг.

 

У меня почему-то нет записей о моменте нашего пребывания в Ня Чанге, а писать по памяти - не самая благодарная работа. Что-то я еще помню, но многое уже напрочь выветрилось из моей памяти.

Раннее утро, вокзал, мы сгружаемся и выходим в город, - а жизнь там уже кипит, бурлит и клокочет. Кишмя кишат всевозможные и разнокалиберные мото, треща моторами и наполняя воздух вонью сгоревшего плохого бензина, уличные торговцы что-то орут – мяукают, пестрые краски чужой жизни бьют по глазам, вгоняя в легкую оторопь не проспавшихся путешественников.

База Сансейла. Находим ее на задворках придорожного кафе, в дальнем углу небольшого дворика. Оба-на-а-а-а…

 Здесь же встречаемся с израильской частью нашего экипажа и экипажем катамарана, прибывшими несколько раньше нас. Приветствия, новые знакомства и холодное пиво. До брифинга, обещанного сансейловцами, еще дофига времени, и народ решает отправиться на минеральные источники. Присоединяемся.
       

И правильно делаем. Ничего не понимающие ни на одном языке, кроме родного,  таксисты везут нас по отработанному туристическому маршруту и вместо источников привозят нас, для начала, к действующим развалинам древнего храма. Или к развалинам действующего храма… В общем, и то, и другое утверждение верно. Ну и хрен с ними. Время у нас есть, а за покататься по городу просят просто смешные деньги.

    

Наконец добираемся до источников. Это имеет форму курорта, выдержанного в старосовковом стиле, но ухоженного и чистенького. За смешную сумму в 100 000 донгов (6 $) вам сделают очень качественный массаж, и можно вдоволь наплескаться в бассейнах с горячей минеральной водой, постоять и полежать под водопадом из той же горячей минералки. Единственно, о чем я пожалел, да и не я один, это то, что не захватил с собой самый обычный шампунь. А надо было! Во время массажа нас обильно поливали маслом, в том числе и голову, и вот как раз это масло местным мылом и минералкой не смывается вообще! Ни с третьего раза, ни с пятого. Чудные ощущения промасленной пакли на голове и общей «смазанности» не оставляли меня до самого вечера, пока я наконец не добрался до душа в отеле.

Брифинг. Ух, и стращали нас там, ух, и стращали! Рыбацкие сети подстерегают нас на кажном нашем шагу: «…на всех лодках есть подводные фонари, чтоб срезать сети с винтов ночью…» (Мама!)

 Нефтяные платформы, аки обиталища Змеев Горынычей, вырастают на нашем пути: «…к платформам не приближаться, охрана бдит, на разбирательство уйдет много времени…» (Мамочка!).

А уж камбоджийские вояки вкупе с пиратами, так просто ждут нас не дождутся, затачивая свои кривые абордажные шабли и заряжая карамультуки отравленными ядрами: «…к камбоджийскому берегу стараться не подходить, во избежание, а если такое случится, и за вами погонится военное судно или катер, то на всех парах уходить в море, перпендикулярно берегу…» (Мама, роди меня обратно!)

Короче, с перепугу, я решил не подходить к берегу вообще.

Итого имеем с гуся, по предварительной прокладке:

  Переход Ня Чанг – Муи Не – 130 миль (рыбацкие сети)

  Переход Муи Не – Кон Дао – 160 миль (нефтяные платформы)

  И, на закуску, Кон Дао – Ко Чанг – 380 миль (Камбоджа)

Неслабо.

После брифинга мы еще долго сидели и переваривали информацию, обсуждая планы на ближайшее время, и составляя списки закупок на завтра. Дух «Большого Парусного приключения» еще присутствовал в нашей компании, но мысль о том, что не все так радужно и весело, начала потихоньку проникать в наиболее трезвые головы.

 

Приемку и загрузку лодок назначили на завтра,  а ближайшую ночь предложили провести в отеле на берегу, что несколько удивило. А, с какого … это, собственно? Ответ на этот вопрос мы получили только утром.

После неплохого завтрака, которым нас угостил Сансейл, я, Меир, и Саша едем принимать лодки, а остальной народ расползается по городку закупать продовольствие.

Мда… Все праздничное настроение улетучивается, как только мы видим наши лодки. Бли-а-а-а… Марины просто нет, и наши красавицы ждут нас стоя на якорях в полутора кабельтовых от берега. А при виде упаковок с нашей водой и пивом, громоздящимся на берегу, которые нам надо будет перевозить на своем горячо любимом горбу (то есть, на динги), а так же шмотье и продукты, которые вот-вот приедут, настроение резко идет в минус.

Но делать нечего. Принимаем яхты и, потихоньку матерясь, начинаем погрузку. Подъезжающие ребята из экипажей помогают ускорить это дело, и к полудню у нас все готово к выходу.



billey_bones: (Default)

Черт побери, Вьетнам.

19 09 2008

Поговорили, собрались, поехали….

В принципе, этими тремя словами можно охарактеризовать всю подготовку к перегону трех яхт из Вьетнама, с базы Ня Чанг (Nha Trang), в Таиланд, на базу Ко Чанг (Koh Chang).

 

Сам по себе  маршрут добиралова к месту старта заслуживает хотя бы упоминания. Москва – Доха – Бангкок (Qatar air), ночевка в отеле. Бангкок  – Сайгон (Air France), экскурсия по городу. Сайгон – Ня Чанг (местный поезд «5 звезд»). Итого, без малого трое суток.  Неслабо.

Летайте самолетами Катарских авиалний! Я не видел такого ни разу, хотя летаю много и давно. В очень не маленьком А330, рассчитанном на 340 пассажиров, нас было около 60 человек, и это - вместе с бизнес классом. Половина стюардесс русские девушки, внимательные и заботливые. Вискарь бесплатен, и в любых количествах. Вся инфа о полете, кино, музыка – в спинке впереди стоящего кресла. Сказка!

Два часа в Дохе. Конец священного месяца Рамадан. Это значит, что в светлое время суток, когда аллах вас видит, в общественных местах вам нельзя ни пить (даже воду), ни есть, ни курить. Вообще! Так, например, хлебнул водички в очереди на таможне, и все, пипец, - огреб по полной, несмотря, что не муслим ни разу.  Хотя в дальнем углу, на втором этаже аэропорта, есть заведение для неверных, где все можно, но о его существовании еще знать надо.

Дьютик в Дохе. Вот кто б мне объяснил, с какого хрена тот же вискарь или ром там стоят в два(!) раза дешевле, чем в московском?  12,35$ против наших 26$? С сигаретами та же фигня.

В самолете на Бангкок народу набилось не в пример побольше, но ничего криминального, все равно свободно, и сидели, как кому нравится.

Въезд в Таиланд для россиян безвизовый и бесплатный. Только не забудьте заполнить иммиграционную карточку, которую вам выдадут еще в самолете, и смело топайте прямо на паспортный контроль, минуя продажу виз и прочие заморочки.

 

20.09 2008.

Отель Амари Атриум. Бангкок. 11 00 утра.

 

Екарный бабай!!! С утреца пораньше народ укатил на посмотреть Бангкок и его злачные места. Через полчаса нам надо быть в аэропорту, шмотки не собраны, а их все нет.

Их, оказывается, таксист увез в другой отель. Тоже Амари, но другой. Раздолбаи! Предупреждал же! Только и остается, что круги по номеру нарезать, исходя по дороге паром и разными словесами. Успеем? Нет?

Успели. Уф! Глубокий выдох.

Тяжелый получился денек. К самолету мы успели впритык. Перелет Эйр Франсом недолог, всего полтора часа - и посадка в Сайгоне. Паспортный контроль проходится быстро, если есть заполненная иммиграционная карта. Для особо тупых, типа меня, по залу бродит туча вьетнамцев в форме, которые помогут эту хрень заполнить, а то и сделают это за вас.

Далее, нас встретили и повезли на экскурсию по славному городу Хо Ши Мин, Сайгон тож. Времени у нас было не очень много, ну да и Сайгон не Нью-Йорк. Однако наш гид, с не расслышанным мной имечком (не то Тинь, не то Динь), утверждала, что вместе с гостями тут живут около 12 миллионов человек. И у каждого есть мопед, а то и два! Мама моя родная! Что там творится на улицах и особенно на перекрестках! Стада и табуны двухколесных тварей мечутся, как в жопу раненые рыси, треща моторами и непрерывно бибикая! Какие там, нахрен, ПДД! У любого нормального человека начинает мельтешить в глазах, и уже через несколько минут можно впасть в состояние легкой комы. Истинно говорю вам – это и есть та самая стая железной саранчи.
            

Опять же, из рассказа Динь: вьетнамцы пришли жить в эти места очень давно, согнав с насиженного места неких кхмеров, но до 18 века их оставалось очень мало, поскольку их ели тигры и крокодилы, которых здесь водилось великое множество. И только когда пришли белые люди и прогнали хычников, население города начало расти.

Город строили французы с 18 по 20 век, и весь центр выглядит вполне по-европейски, если не считать разбросанных там и сям пагод.

Насколько я понял рассказ Динь, Нотр дам де Сайгон (уменьшенную копию собора Парижской богоматери) эти чокнутые французы вообще строили из материалов, привезенных из Марселя! Все – все, до последнего кирпичика! Офигеть!

В 1954 году колонизаторов выперли из Вьетнама.
           

Нам сейчас смешно, но сами вьетнамцы с огромным пиететом относятся и к своей коммунистической партии, и к дедушке Хо – «ученику нашего Великого Ленина» И пионэры!  Там до сих пор до фига пионэров, которые  пионэрят аж до 18 лет.

После очередной достопримечательности Динь предложила поехать в ресторан национальной кухни, причем не в тот, что для туристов. Мы с радостью согласились, поскольку это обещало быть любопытным, да и жрать уже хотелось.

 Итак, наше меню:

Черепаха речная. Ее сначала принесли познакомиться, и язва Катька тут же обозвала ее Донателло. А после заявила, что она знакомых не ест.

Кузнечики с орешком в заднице. Их заказал Серега Ананьин, но трескали все, кроме Катьки.

Лангусты – этих заказала Даша.

Леня заказал себе угря.

Еще там были креветки, не тигровые, но тоже очень большие и что-то еще… А, вспомнил! Водка там была! Местная, 23-х градусная водка – два маленьких бутилька!

Весь вечер язва Катька издевалась над наивной простушкой Динь, предлагая сожрать что-нибудь погадостнее, и та честно пыталась переводить это все официантам. Половины гадостей в ресторане не оказалось. И тараканов Ананьину тоже не принесли, хотя он их просил.

Стоил этот роскошный по местным меркам ужин около 2 350 000 донгов, или 138 долларов на всех. Чудовищная для вьетнамцев сумма.

Далее нас привезли на вокзал, на поезд «5 звезд», Сайгон – Ня Чанг. Очень смешная штука. Узкоколейка, как она есть. Ширина вагона около 2.5 метров, и достаточно габаритный европеец ехал бы в том поезде, просто застряв в тамбуре. Отходит этот «пятизвездочный» уродец от вокзала в Сайгоне в 20:05 по местному времени и по расписанию должен приходить в Ня Чанг в 6:30 утра. На часовое опоздание никто внимания не обращает. В поезде мы, как настоящие русские люди, поначалу квасили, но и поспать тоже удалось.

Page generated Sep. 24th, 2017 12:09 pm
Powered by Dreamwidth Studios